logo-image
Інтелектуальна змушуюча
Автор: Игорь Свечкарь
Джерело: Джерело: Юридична практика. – №22, – 30 травня 2017 р. – с.1
Завантажити

Статтю можна прочитати нижче мовою оригіналу.

Интеллектуальная заставляющая

«Сложные транcакции с участием крупных игроков на украинском рынке стали по-настоящему интересным состязательным процессом», — Игорь Свечкарь, партнер ЮФ Asters, проанализировал тенденции в практике конкурентного права

Сфера конкурентного права и правоприменения подвержена динамичным изменениям, а Антимонопольный комитет Украины прочно удерживает позиции одного из важнейших для бизнеcа госорганов. Об эффективности системы защиты конкуренции и непрогнозируемости украинского правоприменения, о влиянии последних нормативных изменений на практику конкурентного права, об особенностях коммуникации бизнеса с АМКУ и приоритетах ведомства мы говорили с Игорем Свечкарем, партнером ЮФ Asters.

— Как вы оцениваете уровень конкуренции в стране в целом и в отдельных сегментах рынка?

— Уровень конкуренции возрастает. Этому способствуют как внутренние, так и внешние факторы. К сожалению, один из основных внутренних факторов — это уменьшение платежеспособного спроса и усиление борьбы за «оставшегося потребителя». Среди наиболее значимых внешних факторов мы видим конкурентное давление зарубежных игроков в результате евроинтеграционных процессов.

Усилению конкуренции также способствуют реформы, направленные непосредственно на создание конкуренции в определенных отраслях. Возьмем, к примеру, рынок электроэнергии. На данный момент на этом рынке конкуренция существенно ограничена государством. Фактически спрос и предложение находятся под жестким контролем регулятора. Принятие в апреле Закона Украины «О рынке электроэнергии» открывает возможности для развития рынка и роста конкуренции.

По моим наблюдениям, наиболее стремительно растет конкуренция в SME-сегменте, это, как правило, рынки с ограниченной географией. Причины достаточно простые: уже подросло полностью постсоветское поколение людей с «капиталистическим» образованием и мышлением, тягой к предпринимательству и хорошими бизнес-способностями. Они создают всевозможные стартапы: в сфере услуг, общепита, электронной коммерции, коммуникационных и IT-технологий. Даже на нашем родном рынке юруслуг конкуренция шагает семимильными шагами — посмотрите на динамику репрезентативности номинантов «Юридической премии» вашего издания за последние пару лет.

— С другой стороны, насколько эффективно у нас работает система защиты конкуренции?

— Можно сказать, что система защиты конкуренции в целом работает удовлетворительно. Тем не менее она требует усовершенствования для предотвращения нарушений и более эффективного наказания за их совершение, в частности, путем расширения следственных полномочий Антимонопольного комитета Украины (АМКУ), пересмотра программы освобождения от ответственности, борьбы с уклонением от уплаты штрафов.

Кроме того, следует повысить институциональную способность АМКУ выполнять возложенные на него функции. Это и увеличение финансирования для привлечения «талантов», удержания и тренинга кадров, усовершенствования инструментария расследований: например, я бы задумался о внедрении качественного программного обеспечения Forensic, глядя на те объемы информации, которые АМКУ получает и анализирует.

Немаловажны и определение правильных приоритетов работы АМКУ, отход от попыток ценового регулирования, решение проблем неэффективности (по сути — коррумпированности) рынка госзакупок с помощью антимонопольных штрафов и т.п. Необходимо перераспределить ресурсы в более приоритетные и актуальные направления.

— Корреспондируются ли между собой приоритеты АМКУ, бизнеса и юрсоветников? На какой основе строится коммуникация?

— Если мы говорим о сотрудничестве АМКУ с бизнесом и юрсоветниками, то сегодня оно находится на исторически максимальном уровне — в основном благодаря профессиональной и прогрессивной команде госуполномоченных. Но это не значит, что нет задела для дальнейшего улучшения кооперации, на самом деле еще есть куда расти. Например, меня и многих коллег-юрсоветников расстраивает определенный регресс АМКУ в вопросах разрешительных процедур. В последнее время участились случаи, как нам кажется, недостаточно разумного подхода к требованиям относительно раскрытия информации в заявлениях на концентрацию, ухудшилась коммуникация и возможности консультаций с АМКУ по этим вопросам, участились не совсем обоснованные отказы в принятии заявлений.

В остальном же коммуникацией и сотрудничеством я очень доволен — еще три года назад невозможно было даже представить, что регулятор станет настолько открытым, доступным для общения, четким в артикуляции претензий либо обеспокоенности теми или иными действиями компаний на рынке.

— Какие новеллы в конкурентном правоприменении на Украине вы можете выделить?

— Основные новеллы — это обнародование решений АМКУ, пересмотр пороговых показателей для концентраций и требований самого положения о концентрации, разъяснения относительно расчета штрафов, оценки горизонтальных концентраций. Все эти изменения приняты с учетом подходов ЕС.

Следует отдельно упомянуть принятие Закона Украины «О государственной помощи субъектам хозяйствования», который полностью вступит в силу 2 августа этого года. Данный закон предполагает внедрение нового законодательства по контролю государственной помощи на Украине согласно правилам, действующим в ЕС. В частности, в соответствии с Соглашением об ассоциации между Украиной и ЕС интерпретация вышеуказанного закона должна осуществляться на основании европейского законодательства и судебной практики. Другими словами, в этом направлении у нас важную роль получат европейские подходы и прецеденты. Мы надеемся, что эта новая отрасль будет генерировать какую-то работу и для юрсоветников, не очень много на начальном этапе, но с течением времени их вовлеченность должна возрасти — такой путь прошли многие европейские страны.

— С какими вопросами в сфере конкурентного права к вам преимущественно обращаются клиенты?

— Спектр вопросов широкий. Преимущественно клиенты обращаются за подготовкой и подачей заявлений на концентрацию, представительством в расследованиях АМКУ, проверкой соответствия конкурентному законодательству практик, применяемых клиентами. Это что касается лично меня. У нас в практике три партнера, и у каждого есть особенности специализации: кто-то ведет преимущественно дела по недобросовестной конкуренции, кто-то — по госзакупкам, кто-то — представляет интересы в судах.

Есть вещи, в которых мы проявляем инициативу и предлагаем определенный продукт. Например, проведение антитраст-тренингов для руководителей и сотрудников клиентов.

— Изменилась ли структура вашей практики ввиду последних законодательных изменений, в частности упомянутого повышения пороговых значений при концентрациях?

— Наша команда и организация работы в практике по сути не изменились. Произошло небольшое перераспределение функционала и расширение специализации некоторых юристов. Если говорить о пороговых значениях, то они, конечно, снизили объемы работы в концентрациях, но привнесли серьезные качественные улучшения — сложные трансакции с участием крупных игроков на украинском рынке стали по-настоящему интересным, высокоинтеллектуальным состязательным процессом во многом благодаря имплементации АМКУ европейских подходов к оценке концентраций и стандартов доказывания отсутствия вреда для конкуренции.

— Какие выводы можно сделать, исходя из последних расследований, проведенных и проводимых АМКУ, а также из судебной практики по обжалованию решений Комитета?

— Мой основной вывод — качество и подход к процессу расследования, а также качество решений АМКУ улучшается. Это и более профессиональный экономический анализ, и использование подходов ЕС, и сама презентация материала и выводов в обвинительных заключениях (SO) и решениях. Возможно, ситуация улучшается не такими высокими темпами, как хотелось бы, но мы надеемся, что процесс необратим и будет набирать обороты. Судебная практика тоже становится интереснее и глубже. Тем не менее есть одна очень существенная проблема с точки зрения юристов — отсутствие единообразия и предсказуемости правоприменения.

Если анализировать практику АМКУ в контексте конкретных рынков и типов нарушений, на которых сосредоточен регулятор, бросается в глаза некоторая «зацикленность» — из года в год мы видим одни и те же рынки в его фокусе. Понятно, что бензин, ЖКХ, транспорт, телекоммуникационные услуги, продовольственные товары занимают видное место в потребительской корзине, но этим она не ограничивается. Зоны интересов АМКУ все сильнее контрастируют на фоне зарубежных антимонопольных ведомств, которые более прогрессивны в своих подходах — регулярно расследуют влияние глобальных картелей на их страны, да и вообще стараются идти в ногу со временем. Достаточно взглянуть на описание возможного ограничения конкуренции на европейском рынке электронной коммерции, опубликованном недавно Еврокомиссией или те же ее претензии к Google. Конечно, хотелось бы, чтобы АМКУ имел возможность отвлечься от рутины (которая, естественно, во многом навязана общей государственной экономической политикой) и посмотрел свежим взглядом на современные глобальные проблемы.

— Насколько конкурентен сегмент антимонопольной практики украинского рынка юруслуг? Кто ваши основные конкуренты?

— Сегмент отличается высокой конкурентностью. Наш основной конкурент — это Sayenko Kharenko. Далее рынок весьма фрагментирован, это и относительно крупные практики, возглавляемые именитыми антимонопольными юристами, и «номинальные» практики, которые в реальности представляют один-два человека с опытом подачи заявлений на концентрацию. Основной конкурентный вызов, с которым мы сталкиваемся, — необходимость стабильно обеспечить работой достаточно большую команду: у нас три партнера и 16 юристов в антимонопольной практике. Поэтому мы прилагаем сверхусилия для удержания позиций в основных сегментах практики, а также пытаемся выйти на лидирующие позиции в других направлениях, требующих антимонопольной экспертизы, таких, например, как госпомощь или антидемпинг.

(Беседовал Алексей Насадюк, «Юридическая практика»)