logo-image
Отложенный эффект
Автор: Орест Стасюк, Ирина Борковец
Источник: Юридическая Практика, №9, 9 марта 2021 г.
Скачать

Практикой изменения «поверх» предыдущих изменений в УПК Украины законодатель заложили «часовые бомбы» под сроками расследования десятков «старых» производств.

 

Адвокаты любят обсуждать, как применять процессуальные нормы к тем или иным ситуациям. Но на практике работа по делу часто начинается с отчаянных попыток понять, в какой же редакции эти нормы нужно применять.

Варианты, в которых могут применяться разные редакции Уголовного процессуального кодекса (УПК) Украины, отрезвляюще многогранны: «старые» дела, начатые до 16 марта 2018 года; «новые» дела, начатые после 16 марта 2018 года; «новые» дела, выделенные после 16 марта 2018 года из «старых», начатых до 16 марта 2018 года; «старые» дела, начатые до 16 марта 2018 года, но объеденные с «новыми», начатыми после 16 марта 2018 года. А еще ведь есть статьи, текст которых изменен законом, в который потом тоже вносились изменения.

На эти темы можно шутить, но ведь УПК Украины – закон о человеческих судьбах и соблюдении базовых прав, которые не должны быть нарушены из-за неудачных экспериментов с законодательной техникой.

Надеемся, что когда-нибудь приоритетом законодателя станет не количество новых редакций каждой статьи, а должное внимание и реальная оценка влияния новых редакций на применение статьи на практике.

 

Что произошло

Путем внесения изменений поверх изменений законодатель то ли случайно, то ли специально сделал обязательным продление сроков досудебного расследования после вручения подозрения на более чем 3 месяца именно следственным судьей во всех делах, даже «старых».

Тем временем многие правоохранители продолжают упорно осуществлять продление через решение прокурора, нарушая процедуру и уклоняясь от судебного контроля за продлением таких сроков. Это закладывает «часовую бомбу» под каждое «старое» дело с подозрением, продленное прокурором на более чем 3 месяца после 1 июля 2020 года.

Суть случившегося – в тонком нюансе, который проявился после внесения изменений поверх изменений и попытки создания разных версий УПК Украины для разных производств.

 

Процессуальные детали

Всем адвокатам хорошо известно, что в марте 2018 вступил в силу ряд изменений в порядок расследования уголовных дел, разрекламированных тогда под общим названием «Маски-шоу стоп» (Закон Украины № 2147-VIII от 3 октября 2017 года).

Одно из таких изменений касалось субъекта, который может продлевать срок досудебного расследования более чем на три месяца: по «старым» правилам это мог делать соответствующий прокурор, по «новым» – следственный судья (часть 3 статьи 294 УПК Украины). Эти изменения, как известно, применялись только к тем уголовным делам, расследовать которые начали с 16 марта 2018 года ввиду ограничения, установленного законом о «маски-шоу».

Действительно, такое правило было в силе, но только до 1 июля 2020 года.

1 июля 2020 года вступил в силу закон, как мы привыкли его называть, «об уголовных проступках» (Закон Украины № 2617-VIII от 22 ноября 2018 года). Кроме прочего, этим законом были изложены в новой редакции части статьи УПК Украины о продлении сроков, в том числе и часть 3 статьи 294 УПК Украины, в которой указан перечень субъектов, уполномоченных продлевать срок досудебного расследования после уведомления о подозрении.

В отличие от закона «Маски-шоу стоп», Закон № 2617-VIII года в своем тексте не содержит никаких ограничений касательно его применения только к тем делам, которые расследуются с 16 марта 2018 года, как и любых других ограничений относительно момента начала расследования дел.

Нет абсолютно никаких законодательных предпосылок считать, что ограничение, имевшееся в законе «маски-шоу стоп» (№ 2147-VIII) продолжает распространяться на новые изменения от 1 июля 2020 года. Это ограничение по закону не вносилось в УПК Украины (это легко увидеть, посмотрев текст Закона № 2147-VIII) и не «кочует» автоматически в более новые редакции.

Таким образом, часть 3 статьи 294 УПК Украины в редакции Закона № 2617-VIII (а именно она является сейчас действующей), ввиду отсутствия каких-либо ограничений, должна применяться к любым уголовным производствам вне зависимости от даты начала досудебного расследования.

Это означает, что после уведомления о подозрении продлевать срок на более чем 3 месяца в любом уголовном деле может только следственный судья.

 

Подход судов

Примеры рассмотрения вопроса о продлении в «старых» делах сроков расследования более чем на 3 месяца именно следственным судьей после 1 июля 2020 года стали появляться и в Едином государственном реестре судебных решений.

К примеру, в определении Октябрьского районного суда города Полтавы от 16 июля 2020 года по делу № 554/1862/18 следственный судья продлил срок досудебного расследования до 6 месяцев в уголовном производстве от 2017 года, которое очевидно является «старым».

В другом деле следственный судья Высшего антикоррупционного суда рассматривал ходатайство детектива Национального антикоррупционного бюро о продлении сроков в «старом» деле от начала марта 2018. Хотя производство и «старое», судья рассмотрел ходатайство по сути в порядке судебного контроля и определением от 26 августа 2020 года по делу № 991/7147/20 не удовлетворил его. А в этом ведь и заключается суть судебного контроля - быть своеобразным фильтром и отклонять незаконные либо необоснованные обращения сторон уголовного производства.

 

Подход правоохранителей

Пока адвокаты только присматриваются к сложившейся ситуации, правоохранительные органы уже действуют. Как показывает практика, одни этих обстоятельств просто «не замечают» и действуют по старинке, а некоторые другие пытаются избежать судебного контроля.

В частности, есть случай, когда правоохранитель пытался использовать «новые» правила продления через суд в «старом» деле, но, получив отказ, обратился в органы прокуратуры по «старым» правилам и получил продление.

По нашему мнению, сторона защиты заинтересована в рассмотрении ходатайств о продлении сроков расследования именно следственным судьей, ведь это - шанс получить независимую/альтернативную оценку действий стороны обвинения.

 

Что делать защитникам

Каждый адвокат вырабатывает собственный подход к делу и применению этих процессуальных норм (ведь каждое дело индивидуально). Но идея хороша, только если она имеет прикладное применение, поэтому мы озвучим несколько мыслей по поводу возможного использования на практике этого процессуального обстоятельства:

- обжалование следственному судье согласно пункта 1 части 1 статьи 303 УПК Украины бездеятельности следователя в части необращения с ходатайством о продлении сроков досудебного расследования (так как возможное обращение к прокурору было неправомерным);

- обжалование бездеятельности прокурора касательно незакрытия уголовного производства в связи с окончанием срока расследования (если субъект продления неверный – значит, продление срока было незаконным и срок истек).

Если дело все же будет передано в суд, на стадии подготовительного судебного заседания стоит заявить ходатайство о возвращении обвинительного акта прокурору ввиду передачи его в суд после истечения срока досудебного расследования.

В любом случае, продление срока досудебного расследования неуполномоченным субъектом является серьезным процессуальным нарушением и должно вести к недопустимости доказательств, собранных следствием после окончания срока расследования.

Даже если адвокат получит ряд отказов в национальной судебной системе, это станет отличной базой для дальнейшей работы в Европейском суде по правам человека (ЕСПЧ). В некоторых случаях подобная ситуация со сроками станет основанием для обращения в ЕСПЧ еще на этапе досудебного расследования.

 

По единым правилам

Описанное показывает, какую путаницу создают разные редакции УПК Украины вместе с новыми и новыми изменениями. Ведь делить дела по дате и применять к ним разные версии кодекса – это нарушение принципа равенства и путь в никуда.

Законодателям необходимо вводить и поддерживать единые правила производства для всех без исключения уголовных дел. К примеру, если для определенного процессуального этапа вводится судебный контроль, то такое правило должно применяться ко всем, вне зависимости от регистрации их дела в начале или в конце марта 2018 года.

Если же ситуация не изменится, то законодатели и правоохранители будут продолжать путаться в своих же законах.