Публікації | Asters

"У послужному списку команди –
юридичний супровід найзначніших транзакцій"
PLC Which Lawyer?

Публікації

12 квітня 2016

Глобальне слідування


Автор: Армен Хачатурян
Джерело: Юридична практика. – 2016. – №15. – 12 квітня. – с.1,9

Статтю можна прочитати нижче мовою оригіналу.

Глобальное следование

«Планируемая реформа адвокатуры возвращает Украину в семью цивилизованных народов, доверяющих юридический консалтинг лицензированным специалистам», — уверен Армен Хачатурян, старший партнер ЮФ Asters

О глобальных трендах юридической профессии и их проявлении на украинском рынке, адаптации отечественных юрфирм к экономическим реалиям и этических стандартах профессии «Юридической практике» рассказал Армен Хачатурян, старший партнер ЮФ Asters

— Какое место отводится Украине в глобальном рынке юридических услуг?

— Если рассматривать бизнес-консалтинговую — наиболее показательную проектно-ориентированную часть рынка юридических услуг, то место Украины адекватно глобальному месту ее экономики, как и в большинстве других юрисдикций. Конечно, есть определенные регуляторные особенности, которые могут повышать интенсивность отдельно взятой украинской практики, гиперболизируя ее роль по сравнению с другими странами. Например, получение согласия Антимонопольного комитета Украины на концентрацию в глобальных сделках М & А до последнего времени требовалось по таким параметрам, что практически все значимые мировые сделки должны были получать одобрение украинского регулятора, и именно эта часть украинского юррынка выделялась даже в глобальном масштабе. Но такого рода повышенная значимость украинского рынка скорее исключение, чем правило. А правило таково, что интенсивность правового обеспечения бизнеса в нашей стране еще очень далека от стандартов передовых экономик мира, соответственно, объем рынка юридических услуг продолжает оставаться ограниченным.

— А какую роль играют украинские юристы в мультиюрисдикционных сделках?

— В трансграничных проектах украинские юристы, независимо от того, работают они в украинских национальных фирмах или в украинских офисах международных юридических фирм, преимущественно исполняют роль «местных юристов» (local counsel), консультируя в пределах применимости к сделке особенностей украинской правовой системы, даже если сама сделка регулируется иностранным правом. Хотя, объективности ради, следует признать, что роль местных юристов во многих таких сделках год от года растет, и большинство, преимущественно украинских, клиентов все чаще соглашаются на расширение роли местных юристов до уровня transaction counsel, то есть юристов, ответственных за сделку, даже если она подчинена иностранному, чаще всего английскому, праву. В этой игре очень важно не перейти тонкую грань, отделяющую прагматизм (у клиента — получить более дешевую услугу, у украинских юристов — получить выгодную работу) от авантюризма (клиент надеется, что украинские юристы так же хорошо знают особенности английского права, как и английские юристы, а сами украинские юристы пытаются подстраховаться дополнительными субконтрактными консультациями английских коллег по отдельным вопросам или относительно окончательных версий документов по сделке, играя в своеобразную русскую рулетку юридических рисков). И если непосредственно в контрактных вопросах зона риска не выглядит такой уж значительной, то в других правовых областях, например в налоговом планировании, опасностей гораздо больше. При этом в последнее время наблюдается четкая тенденция к расширению сегмента рынка, желающего сыграть в эту увлекательную рискованную игру, результаты которой пока не создавали игрокам проблем. Но тут опасен первый промах.

— Какие еще специфические отличия присущи нашей юрисдикции?

— У украинского юридического рынка много позитивных черт — это и многочисленность и разнообразие национальных юридических фирм, и достаточно большой и разнообразный опыт работы, и активное участие юристов в общественной жизни страны, и социальная ответственность. Но есть одна негативная черта, которая присуща многим, если не большинству, — готовность пройти по краю этических профессиональных, а зачастую и моральных норм, чтобы не упустить свою выгоду. А когда идут по краю, время от времени срываются… Несколько таких срывов достаточно известных брендов стали в последнее время достоянием гласности, что насторожило бизнес, в первую очередь иностранный, в качестве потенциального клиента. Прежде всего это касается вопросов конкуренции, конфликта интересов и оплаты юридических услуг. Я бы не назвал такую черту особенностью именно адвокатов или практикующих юристов в более широком смысле. Не хочется обобщений, и, скорее всего, они будут неуместны, но очевидно, что на украинское общество в целом наложил глубокий негативный отпечаток последний исторический этап с начала девяностых: политические и экономические потрясения, нестабильность, несправедливость, коррупция, неуверенность в завтрашнем дне, быстрое обогащение малой части общества, создавшей свои стандарты жизни, сплошь и рядом своим внешним эффектом затмевающие концепцию успешного европейца или американца. Результатом этого стало непреодолимое желание большой части общества — политиков, бизнесменов, профессионалов — во что бы то ни стало соответствовать этим «стандартам» немедленно, уже сегодня, и, как следствие, сыграть чуть-чуть не по правилам, приближая мечту, в надежде, что никто не узнает, а победителей не судят. Выйти из этого порочного круга нелегко, для этого нужно восстановить масштабно утраченные моральные ценности (усилия души, обращение к собственной совести, религиозные устои) — в этом каждый сам себе судья, да еще, наверное, Господь Бог. Но есть еще и суд общественный, например, Высшая квалификационная комиссия адвокатуры, общественные организации юристов. И дело не столько в наказании (ведь не всегда можно собрать в полной мере факты), сколько в реагировании на любую ситуацию, которая потенциально нарушает этические стандарты профессии. Это уже будет действенным средством борьбы — угроза репутации в данном случае и есть наивысшее наказание.

— Насколько украинские юрфирмы приспособились к существующим экономическим реалиям? Какой ваш антикризисный рецепт?

— Раз никто не обанкротился, значит — все приспособились, если применять универсальное правило для бизнеса. По моим наблюдениям, заработки в целом по рынку упали, но, как часто бывает, не у всех. В этом смысле весьма показательной представляется сравнительная статистика 2015 года по данным вашего уважаемого издания, а именно — сравнение удельной рыночной доли самых распространенных и самых прибыльных практик. Выясняется, что корпоративное право/M&A по-прежнему доминирует в плане распространения с 78,8 % покрытия рынка. Далее следуют судебная практика (ею занимается 75,3 % рынка), налоговая (54,1 %), банковско-финансовая (31,8 %), недвижимость (28,2 %), уголовное право (24,7 %), конкурентное право (21,2 %), международный арбитраж (21,2 %), банкротство (20 %) и интеллектуальная собственность (17,6 %). А как же прибыльность практик? Здесь картина иная — абсолютным лидером по прибыльности является судебная практика, доход от которой составил в прошлом году 24,5 % общей доходности рынка. Корпоративная практика, несмотря на то, что ею занимается более 3/4 всех фирм, принесла лишь 16,2 % общего дохода. Соответственно, далее практики расположились в таком порядке: налоговая (10 %), банковско-финансовая (9,9 %), банкротство (6,3 %), конкурентное право (5,5 %), международный арбитраж (4 %), недвижимость (3,7 %), интеллектуальная собственность (3,6 %), уголовное право (3 %). Цифры говорят сами за себя. Те, кто делал ранее ставку на наиболее доходные практики (прежде всего судебную, налоговую, антимонопольную) или успел перестроиться для того, чтобы такие практики стали основными, в заработке не потерял и даже увеличил его. Серьезно просела доходность практик в банковско-финансовом секторе и недвижимости. Задача менеджмента соответствующих бутиков не из легких — перебиваться с хлеба на воду или расширяться в специализации, переквалифицируя своих юристов или нанимая чужих с рынка. У фирм «полного цикла» тоже проблема — дотировать убыточные практики за счет прибыльных, «терпеть» в ожидании лучших времен, «сохраняя лицо», или радикально перестроиться и отсечь балласт. Каждый решает эти вопросы по-своему, единого рецепта нет, тут важны межпартнерские отношения, доверие, мудрость, стратегия и интуиция менеджмента. И, несмотря ни на что, — профессиональная этика, ведь репутацию не купишь ни за какие деньги.

— Чего, по вашему мнению, сейчас хочет клиент от своих юристов?

— Клиент становится все требовательнее. Сейчас его золотое время! Качественную услугу с внешнего рынка можно получить практически всегда за очень разумные деньги — конкуренция очень сильна, за каждый проект идет отчаянная борьба, профессиональные достижения постепенно выравниваются в соответствующих сегментах рынка, а стандартов стоимости практически нет, и всегда найдется участник отбора, у которого сдадут нервы, и он сделает предложение чуть ниже того, что считалось до этого «рыночным». И цена уже не находится в прямой зависимости от качества. Качество все стараются удержать на максимальной высоте, а вот цену опускают до минимума, который могут себе позволить. Клиент же хочет от юристов «всего»: и полезного практического совета по поставленной проблеме, и оперативности, и низкой цены...

— А чего клиент не прощает?

— За всех ответить трудно, ведь могут быть разные ситуации, но есть прописные истины отношений с клиентом, нарушать которые — с огнем играть. Нельзя обещать и не выполнить обещание, нельзя опаздывать, нельзя не отвечать на звонки, нельзя совершать профессиональные ошибки.

— Среди глобальных трендов развития юридической профессии традиционно называют технологические инновации, появление новых игроков и, соответственно, изменение условий конкуренции, изменение клиентских предпочтений. Как эти тенденции проявляются на украинском рынке?

— Проявляются заметно. Например, начался процесс выделений юридических подразделений большой четверки аудиторских фирм в нашей стране в самостоятельные юрфирмы или адвокатские объединения. Это еще более подогревает конкуренцию со «старожилами» юррынка. Не добавляет последним радости и укрепление внутренних юридических департаментов многими клиентами с целью оптимизировать бюджеты на юруслуги. При этом данные тенденции не являются сугубо украинскими. В своих прогнозах на ближайшее двадцатилетие юридическое сообщество Англии и Уэльса именно эти две тенденции выделяет среди вызовов, с которыми придется иметь дело «классическим» юридическим фирмам в скором будущем.

— Прослеживается ли у нас тенденция падения престижности юридической профессии?

— В стране произошло явное перепроизводство юридических кадров. Повышенная престижность профессии и вытекающее из этого стремление огромного числа вчерашних школьников получить именно ее не остались незамеченными системой высшего образования. Готовить юристов стали все, кому ни лень: от физкультурных до сельскохозяйственных вузов. В итоге резко увеличилось количество обладателей вожделенной «корочки», и при этом в целом значительно снизилось качество такого образования. Кризисные времена привели к сокращению возможных вакансий для молодых юристов, появилась латентная безработица или работа не по специальности. Достичь успеха в профессии для многих стало большой проблемой, и, как следствие, начал падать ее «престиж» или востребованность, по крайней мере, на этапе ответа на вопрос «куда пойти учиться». Несмотря на это, я бы излишне не драматизировал ситуацию. Настоящие таланты все равно не остаются незамеченными. Наоборот, они становятся еще более заметными на общем фоне. А для подающего надежды выпускника юридическое образование остается отличным компасом для последующей жизни. И юридические фирмы, как и раньше, с большим энтузиазмом продолжают поиски лучших выпускников, которые, влившись в юридический рынок, не дадут погасить престиж профессии. Другое дело, что удерживать свод профессионального авторитета с каждым годом становится все труднее.

— Одной из ярких тенденций последнего года на украинском рынке достаточно неожиданно стало переформатирование сегмента международных юрфирм: есть примеры как уходов, так и появления новых брендов. Как, по вашему мнению, ситуация будет развиваться дальше?

— Движение на встречных курсах — лишнее доказательство отсутствия какого-либо устойчивого тренда. Яркий пример — уход в прошлом году одной французской фирмы Gide Loyrette Nouel и приход на украинский рынок ее прямого парижского конкурента Jeantet. Вот уж поистине для кого кризис, а для кого — возможности. Я беседовал с управляющими партнерами украинских офисов таких фирм, как CMS Cameron McKenna, DLA Piper, Dentons, Baker & McKenzie, — у них нет ни малейших сомнений в перспективности украинского юридического рынка, и они строят свои стратегии и планы с расчетом на будущее. Несмотря на несколько громких уходов последнего времени (Clifford Chance, Chadbourne & Parke, Shoenherr), на нашем рынке остается больше иностранных фирм, чем во многих европейских странах. Поэтому в будущем возможны перестановки отдельных брендов, но революционных изменений я не предвижу. Иностранное юридическое присутствие в стране важно для рынка, оно, как камертон, создает определенную тональность качества, этики, стандартов. И мы должны этим дорожить.

— Отличается ли стратегическая «повестка дня» международных и системных украинских юрфирм?

— Главное отличие офисов иностранных и украинских юридических фирм — в способе получения клиентов. У иностранцев значительная часть клиентов приходит из их сетевых офисов в других странах, в то время как украинцы борются за себя сами. Международные фирмы продолжают глобальную экспансию, завоевывая новые рынки и наращивая масштабы. До последнего времени украинцы удовлетворялись своей «локальной» функцией и одним офисом. Постепенно опыт открытия дополнительных офисов в нашей стране и за рубежом перестал быть единичным, и с такой стратегией связывает свое будущее все большее число украинских юридических фирм. При этом мотивация у них может быть различной: одни делают это по просьбе ключевых клиентов, которым важно присутствие в том или ином месте, для других важно использовать возможности перспективной растущей зарубежной экономики для нивелирования рисков ведения юридического бизнеса на украинском рынке, а третьи используют региональные офисы для аутсорсинга, размещая там клиентские запросы, которые выполняются более дешевым ресурсом. Какой бы ни была при этом мотивация, явление приобрело масштабы тренда, не являясь, однако, универсальным рецептом для всех. Рынок не так давно наблюдал и неудавшиеся эксперименты с выходом в «открытый космос» украинских юридических первопроходцев и с интересом следит за освоением «космического пространства» новым поколением украинских юридических стратегов. География «высадок» растет — к ближнему зарубежью добавлены в последнее время Китай, Германия, Австрия, США. Существенным остается вопрос, составляют ли эти присутствия полноценные офисы либо номинальные представительства для развития бизнеса. Как видится, есть и то, и другое. Ближайшее будущее покажет, насколько оправданными оказались такие решения.

— Как реформы, реализуемые в государстве, сказываются на рынке юруслуг? В частности, что изменится с введением адвокатской монополии?

— Если реформы и проводятся, то в таких масштабах и с такой скоростью, что на рынке юруслуг это пока никак не сказывается. Ну да, рынок делегировал большое число своих представителей в органы государственной власти и управления, ну да, многие стали активнее вовлекаться в законотворчество, но результаты взаимодействия юридического рынка и государственных структур пока оставляют желать лучшего. Конечно, все ждут реальной реформы судебной системы, укрепления статуса адвоката, упрочения системы адвокатского самоуправления. При этом много дискуссий вызвала планируемая реформа адвокатуры, в частности введение адвокатской монополии. Я рассматриваю такие решения как возвращающие Украину в семью цивилизованных народов, доверяющих юридический консалтинг лицензированным специалистам. Но крайне важно, чтобы эти специалисты не потеряли своего независимого статуса и полноты прав при осуществлении своей деятельности. Важно, чтобы государство при этом не имело влияния на адвокатуру, а органы адвокатского самоуправления не стали эдаким министерством адвокатуры.

— Ваш прогноз «Юррынок-2020» для Украины?

— Дай Бог Украине за это время встать на ноги и вернуть рост экономики. Тогда юррынок сможет возвратиться к нормальному функционированию и естественному росту. На растущем рынке все возможно: и громкие переходы, и появление новых фирм, и слияния. Главное — будет больше интересных и разнообразных проектов, оживут стагнирующие практики. Хочется верить, что мы дождемся этого времени.

(Беседовал Алексей НАСАДЮК, em>«Юридическая практика»)



Архів новин

Пошук за

Практики:
Індустрії:
Пошук

Архів публікацій